Конец 21ого века. Вечер. Общежитие парижского образовательного центра. Небольшая тихая комната на 32 этаже вся была залита светом заходящего солнца, а за столом в ней сидел подросток лет четырнадцати и читал статью из научного журнала. В статье освещалось сенсационное событие из области физики сверхвысоких энергий: несколько недель назад на орбитальном ускорительном кольце зарегистрировали новую фундаментальную частицу – последнее недостающее звено «теории всего». Паренек внимательно изучал приведенное в статье интервью с руководителем проекта Александром Планком и поэтому не заметил, как в дверях появилась чья-то фигура.

– Тим! – парень вздрогнул от неожиданности, услышав вдруг свое имя. Он отложил в сторону ридер и обернулся. В комнату вошла Джули – его куратор, харизматичная молодая женщина. Она зашла напомнить Тиму, что завтра утром он принимает участие в сеансе «коллективного разума» и поэтому сегодня должен лечь спать рано.

– Ты же не хочешь, чтобы из-за одной твоей уставшей головы всей группе пришлось завтра топтаться на месте? – сказала она ему. На самом деле Тим терпеть не мог этот «коллективный разум». Мало того, что раз в месяц его заставляли вместе с еще девятью «юными дарованиями» собираться в тесном помещении, соединять головы проводами и думать над «передовыми проблемами современной науки». Его еще и поставили во главе группы в связи с «выдающимися умственными способностями», а это означало, что он всегда находился в центральном узле и все остальные во время сеанса могли прочесть любую его мысль.

Для Тима это было настоящей пыткой. Сверстники одну за другой узнавали его тайны, а потом вместе их обсуждали и высмеивали. Со временем Тим научился прятать от них самое сокровенное. Но на это у него уходили все силы, и после сеанса ему приходилось восстанавливаться почти сутки, а руководители проекта каждый раз отчитывали его за то, что он так небрежно относится к своему здоровью.

Тим вообще презирал Новое Общество. Из-за дифференциации по способностям он оказался в этом дурацком «коллективном разуме», хотя сам всегда хотел стать художником. Из-за упразднения брачного союза (утверждалось, что хаотические связи способствуют эволюции человеческого вида) он никогда не знал своих родителей. Новый строй даже не признавал дружбы: вместо друзей были просто партнеры по общению. И все-таки у Тима был друг. Во всяком случае, он считал Джули своим другом.

И сейчас она стояла в дверях его комнаты и велела ему ложиться спать. Тиму было абсолютно наплевать и на группу, и на сеанс, но он послушался, так как совсем не хотел с ней спорить.

Джули постояла так некоторое время. Потом, убедившись, что ее наказ выполняется, собралась было уйти, как вдруг взгляд ее упал на блокнот на тумбе. Это был обычный бумажный блокнот, какие сейчас мало кто использовал. Он был открыт на одной из страниц, а рядом лежал карандаш. С листа на Джули смотрела парящая в небе девушка. Девушка смеялась и будто бы звала ее полетать вместе с ней. Рисунок не отличался реалистичностью, пропорции были слегка нарушены, но он и был как раз интересен этой своей неправильностью. Всякая неуклюже проведенная линия передавала какую-нибудь уникальную черту характера девушки, и стоило бы только эти неточности исправить – как она тут же потеряла бы свое неповторимое «я».

– Рисуешь все лучше и лучше, – сказала Джули. – Можно я оставлю его себе?

– Спасибо, конечно! – кивнул Тим.

– Тебе спасибо, – она вырвала листок из блокнота. – Ну, спокойной ночи.

– Спокойной ночи.

И Джули ушла.

Сегодня Тим уснул на удивление быстро. Он лишь лег на кровать, закрыл глаза, и его сознание тут же покинуло тело и полетело к новым мирам. Оно всё двигалось куда-то вглубь космоса, в миллиарды раз быстрее скорости света. В этот момент Тим уже не был наблюдателем, сейчас он был единым целым с самой Вселенной, и все ее законы сами по себе открылись ему. Все было настолько очевидно, что он даже удивился, как кто-то может этого не понимать.

Тим зашел в столовую, держа в руках поднос с едой, сел за одним из столов и принялся за обед. Пока он с аппетитом доедал свой борщ, кто-то сел напротив него. Это был Алекс Планк, с точно таким же подносом точно такой же еды. Он внимательно изучил сперва свои блюда, затем осмотрел обед Тима, после чего уставился на него самого.

– У тебя подбородок весь в борще! – произнес вдруг ученый.

– Простите, – буркнул Тим в ответ и вытерся салфеткой.

– Ничего. Говорят, если человек увлеченно ест – значит в жизни у него все правильно, – с этими словами Алекс запустил ложку в свою тарелку. – А ты слышал про наш ускоритель?

– Конечно, кто же про него не слышал? Вы теперь считаете, что самую суть природы поняли.

– Так ведь так оно и есть. Столько лет к этому шли и, наконец, пришли. Теперь загадок больше нет. Ты разве так не считаешь?

– Не считаю.

– Почему же? – Планк был слегка удивлен и даже обижен.

– Я не верю в «теорию всего», – ответил Тим. – Я пытался в ней разобраться однажды и обнаружил, что в основе ее лежат выводы из ее же следствий. Получается такой замкнутый круг. Он настолько большой, что люди не обращают внимания на его замкнутость, им кажется, что они движутся вперед. В действительности же, они как раз и ходят по этому кругу.

– Ну, этого просто не может быть! – воскликнул Планк. – Я думаю, молодой человек, что Вы в силу несостоятельности и наивности своего ума просто не смогли до конца понять столь сложную теорию.

– А Вы сами проверьте. Попробуйте пройти этот логический путь от самых постулатов до конечных выводов. Математика подстроила нам ловушку. Вам не кажется удивительным, что за последние лет сорок любая предсказываемая частица обнаруживалась на том или ином ускорителе? Пользуясь Вашей теорией можно предсказать хоть рождение розовых слоников, а затем действительно получить их, столкнув две частицы достаточных энергий. Абсурд, по-вашему? Проверьте сами. Природа на самом деле гораздо более гибка, чем мы себе представляем.

Пока Тим говорил, Планк менялся в лице. В его глазах появилась растерянность. Он на мгновение задумался, затем резко встал и куда-то убежал.

– Такой умный человек, а простых вещей не понимает, – подумал Тим и продолжил свой обед.

Когда он уже добрался до сладкого, Планк вернулся. С взъерошенными волосами, он снова сел напротив и недобрым взглядом посмотрел на Тима.

– Мы слишком многое пообещали людям, чтобы сейчас взять и отказаться от своих идей, – сказал ученый. В этот момент Тим все понял, но было уже поздно. – Надеюсь, ты понимаешь, почему я должен теперь это сделать, – и с этими словами Планк вдруг достал откуда-то кухонный нож и с размаху вонзил его Тиму прямо в сердце.

***

Тим проснулся в холодном поту. Ему приснилось что-то нехорошее. Отчаявшись вспомнить, что именно, он взглянул на часы. Те показывали пять утра – еще час до подъема. Успокоившись, он откинулся на подушку.

***

Ученый сидел за столом в своем кабинете и все писал что-то на листке бумаги. Формула за формулой – лист был весь исписан уравнениями и преобразованиями, а рядом лежала целая кипа таких же исписанных листов. Планк достал еще бумаги и продолжил было свое занятие, как вдруг, написав очередную строчку, он с ужасом осознал: парнишка был прав, теория не сходилась.

Никогда наверняка не знаешь, какую еще шутку может сыграть с тобой судьба. Так, наш герой по имени *** обычным весенним днем в суете повседневных дел шел по городу, среди еще сотни людей – таких же, как он, и в то же время совершенно других. Скромные лучи апрельского солнца падали ему на лицо и грудь. Они еще не грели тело, но грели душу, питая ее надеждами о скором наступлении лета. Город вокруг *** – со своими разноцветными рекламными плакатами, занятыми людьми и блестящими лужами – казался большим живым организмом, а размеренный гул городского транспорта подчеркивал реалистичность всего происходящего. Ветер разбрасывал мусор по обочине улицы, а наш герой все шел, воодушевленный весной, в суете своих дел.

Но вот он сделал еще один шаг, и все вокруг него преобразилось. Солнце оказалось нелепым холодным пятном на грязно-сером небе. Вокруг – какие-то незнакомые люди, они со злобой толкались – ведь ***, остановившись в растерянности, встал у них на пути. Ветер стал холодным, окреп и теперь задувал под пальто, хотя только что он казался веселым хулиганом. А казался ли? *** уже не был уверен в этом. Его сознание взывало к памяти, но не находило в ней ничего. Теперь растерянность сменилась ужасом. «Где я? Кто я? Куда я иду?» Но в голове было пусто, как будто кто-то взял и мигом стер все воспоминания.

Вдруг *** поймал на себе чей-то озадаченный взгляд.

– Молодой человек, Вы в порядке?

Что? Он все слышал и понимал значения слов по отдельности, но смысл всего предложения ускользал от него.

– На Вас лица нет! Может, вызвать врача?

Но ***, отчаявшись в попытках понять, что говорил тот человек, решил просто его проигнорировать и пойти дальше. Главное – не стоять на месте. После этого худощавый мужчина в сером плаще еще несколько мгновений смотрел ему вслед, но в итоге, осознав, что зря тратит свое время, растворился в толпе.

Прошло несколько минут, прежде чем к *** вернулась способность трезво мыслить. «Обратиться за помощью? – подумал он. – Но к кому?.. К кому ни обращайся – решат, что я сумасшедший. Возможно, они будут правы. Разве такое вообще бывает? Я не помню, кто я… Бред какой-то!».

Он решил осмотреть свои вещи в надежде дать сознанию хоть какую-то зацепку – при себе было немного денег, апрельский проездной на автобус и цифровой фотоаппарат. Никаких документов наш герой, увы, не нашел. Был еще мобильный телефон, и *** даже сперва обрадовался, обнаружив его, но аккумулятор оказался полностью севшим. Значит, остается только изучить содержимое фотоаппарата.

Большинство снимков – городские пейзажи: улицы, здания. Внимательно присмотревшись, *** узнал место с последнего кадра – как раз то, где он сейчас находился. Это была фотография двух молодых людей, парня и девушки, которые, улыбаясь, стояли в обнимку на фоне необычного фонтана (именно этот фонтан *** и узнал). Парень был одет с иголочки: черное пальто, брюки и лакированные туфли без малейшего намека на пятнышко. Он казался слегка застенчивым, но эта застенчивость была ему к лицу. Девушка, напротив, вела себя раскованно. На ней были синие джинсы и серое пальто. Создавалось ощущение, что в тот момент для нее находиться в объятиях молодого человека было чем-то жизненно необходимым.

*** больше минуты внимательно изучал фотографию, но так и не смог найти нужной зацепки. Вдруг ему в голову пришла идея. Он перевел фотоаппарат в режим съемки, развернул его и на вытянутой руке сфотографировал свое лицо. Из-за малого расстояния до объектива картинка получилась заметно искаженной, но ошибки быть не могло: это было то же самое лицо, что и на снимке с фонтаном. «Значит, вот он – я», – подумал ***.

II

*** пытался прикинуть, сколько времени прошло с тех пор, как он потерял память. По его подсчетам выходило всего около пятнадцати минут. Посмотрев дату и время снимка с фонтаном, наш герой узнал, что тот был сделан всего час назад.

«Значит, я был здесь… с этой девушкой. Мы почему-то расстались, а через сорок пять минут я снова сюда направлялся». Прикинув различные варианты, *** решил, что стоит подождать какое-то время у фонтана – вдруг девушка появится. Он сел на скамейку рядом и стал рассуждать, как ему быть дальше.

Наш герой никак не мог понять, как вообще могло случиться то, что произошло сегодня с ним. Он в мельчайших деталях помнил последние пятнадцать минут своей жизни, но за ними не было ничего. Как будто огромная черная дыра поглотила все, что было прежде. Он еще раз просмотрел фотографии, но ничто на них, даже его собственное лицо, не показалось ему знакомым. «Странное дело, – подумал ***, – мне совсем не страшно. Я, возможно, навсегда потерял свое место в этом мире, но страха нет…» Он представил себе людей, которые могли бы быть его родными. Представил, каково им будет узнать, что человек, о котором они всю жизнь заботились и которого они любили, в один день просто перестал их помнить. Он всей душой прочувствовал боль этих людей. От этих мыслей во рту стало солоно, по щеке прокатилась скупая слеза.

Вдруг ветер переменил направление, и брызги фонтана полетели прямо туда, где сидел ***. Пришлось пересесть.

«А кто эта девушка на снимке? И так крепко обнимает меня! Хотя это не я – она обнимает человека, находящегося по ту сторону пропасти в моей голове. Возможно, сейчас она придет и попытается снова обнять его, но только здесь его уже нет. На его месте буду я, пустой и непонимающий». *** вглядывался в лицо обнимающей его рыжеволосой красавицы и все больше проникался к ней симпатией. И тут он заметил, как она прошла мимо фонтана.

III

Она прошла мимо, не заметив его. Какое-то время *** смотрел ей вслед, не зная, что делать. Он не представлял себе, как можно было ее окликнуть и что следовало ей сказать. Недолго думая, он решил просто пойти за ней.

Девушка уверенной походкой преодолела площадь с фонтаном, прошла узкую улицу и, не дойдя до того места, где наш герой некоторое время назад обнаружил свою утрату, свернула через арку во двор массивного жилого дома. Остановившись у арки, *** некоторое время колебался. «Уж там-то она точно меня заметит. И надо будет что-то сказать, но что?..» Вдруг осознав, что остановился слишком надолго, он, боясь упустить девушку, нырнул в арку. Но было уже поздно: со скрипом захлопнулась дверь подъезда, за которой, по-видимому, и скрылась рыжеволосая красавица.

IV

*** подбежал к подъезду и изо всех сил дернул ручку двери, но та не поддалась. «Дурак! Упустить такую возможность?!» – ругал он себя. Усталый, он прильнул спиной к стене дома, откинул назад голову и, расслабившись, закрыл глаза. В эту минуту он осознал, как сильно ему хотелось быть с той девушкой, будто какая-то неведомая сила влекла его к ней. Он уже не думал о прошлом, которое вот так внезапно его покинуло этим днем чуть раньше. Все его мысли занимала лишь она.

Когда он открыл глаза, солнце уже окончательно скрылось за массивом домов, ветер утих. *** посмотрел на панель домофона и, набрав первый пришедший в голову код, дернул ручку. Дверь послушно отворилась. Не веря своей удаче, *** вошел внутрь. Некоторое время его глаза привыкали к тусклому свету в коридоре у лифтов. Ему казалось, что в голове происходит что-то невообразимое: как будто сознательное мышление отошло в сторону, уступая дорогу подсознательному. Он вызвал лифт, дождался пока тот приедет и, зайдя внутрь, нажал кнопку восьмого этажа. Двери закрылись, и кабина послушно поползла вверх.

Время, каким оно сейчас было для ***, шло невероятно медленно. Оно теперь измерялось ударами сердца в его груди – по четырнадцать ударов на пролет. Наконец он добрался до нужного этажа, подбежал к двери одной из квартир и позвонил. С той стороны послышались шаги, а затем – звук отпирающегося замка. Дверь открылась, а за ней стояла та самая девушка.

– Ты опять опоздал, – тихо сказала она. Несколько мгновений она безразлично смотрела на ***, но затем расплылась в широченной улыбке, и герои обнялись.

Взято с http://nuclphys.sinp.msu.ru/

Только закрыв глаза на то, что будет так нескоро (две недели – почти никогда), и придавшись священному ничегонеделанью, мы можем сохранить баланс добра и зла в этом неравноправном мире.

#include «stdafx.h»

int _tmain(int argc, _TCHAR* argv[])
{
    double base = pow((double)2, 1.0/12);

    //это число – отношение частот соседних

    // (расположенных на малую секунду друг от друга) нот

    int a = 0;
    while( (a = getch()) != 27)

    //выход, если нажата ESC
    {
        printf(«%i\n», a);

        //выводил коды клавиш для отладки

        Beep(5*pow(base, a), 500);

        //ключевая функция (из Windows.h)

        //заставляет бипер пищать с заданной частотой и длительностью
    }
    return 0;
}

Играть на алфавите оказалось не так-то просто, но что-то получилось))

Кстати, попутно выявился баг в новой версии Visual Studio: при создании проекта типа Win32 Console Application и установлении галки на Empty Project, среда создает проект с настройками линкера для виндовского приложения вместо консольного (параметр Linker/System/Subsystem). В результате линкер не находит точки входа.

Я тут подумал: вот бы здорово было найти начинающего режиссера, снимающего, например, короткометражное кино и попробовать озвучить его картину. Я думаю, получилось бы неплохо